Стипендия, грузовой самолет - из книги Ю.М. Рождественского

Стипендия, грузовой самолет

  

   Стипендия

     Помимо полного обеспечения нам ещё платили стипендию на карманные расходы. На третьем курсе 200 рублей, на четвёртом 250 рублей. Тратили мы их на кино, танцевальные площадки, покупки разных необходимых мелочей, как-то предметы личной гигиены, конфеты, сахар. В то время среди нас был распространён слух, что сахар очень полезен для молодых организмов, и мы ели его в неограниченных количествах. У каждого в столе была пачка сахара в кубиках. Чтобы взвесить сумму тогдашних 250 рублей можно сравнить её со стоимостью батона белого хлеба, который стоил 13 рублей.

  Мы с Виктором Василевским стипендию копили на самолётные билеты в Москву, хотя бы туда, так как билеты в обратную сторону нам оплачивали родители. Вообще то, как и всем военным, дорогу нам оплачивало военное ведомство, стоимость плацкартного билета в общем вагоне. Покупая билет в ж/д кассе или билет на самолёт в аэропорту, можно было добавить денег и поехать в более комфортных условиях. Но эта общевойсковая льгота распространялась на всех военных только один раз в году. В зимний каникулярный отпуск мы ездили за свой счёт.

   

 Грузовой самолёт

    В зимний отпуск  третьего курса мы с Виктором кинулись в городские кассы аэрофлота. Увы, билетов на день нашего отбытия не было. Увидев глубокое огорчение на наших лицах, и краткосрочность нашего отпуска в строго определённых числах в наших отпускных предписаниях, кассирша предложила нам лететь на самолёте грузового рейса. Мы, конечно, согласились и очень обрадовались значительно меньшей цене этого рейса. В то время самолёты гражданского воздушного флота были небольшие двухмоторные «ИЛЫ». Нас же посадили на двухмоторный самолёт «ДУГЛАС» зелёного цвета, фюзеляж которого на стоянке  опирался горизонтально не на третье носовое шасси, а наклонно на маленькое хвостовое колесо. Маленькая дверь, похожая больше на люк, с зацепленной лесенкой, внутри узкая труба фюзеляжа, ящики груза и небольшое пространство перед кабиной пилотов. В этом пространстве с боковыми жёсткими скамейками вдоль бортов с маленькими квадратными окошками разместились трое, сопровождающий груз и два пассажира, это мы. На улице зима, холодно, так же холодно и в самолёте. Ещё значительно холодней стало в этом пространстве, когда самолёт взлетел и набрал высоту. Летчики и сопровождающий в теплых меховых лётных куртках и унтах на ногах. Я с Виктором одет буквально: трусы, тельняшка, суконные флотские брюки и фланель с гюйсом, носки, хромовые ботинки, шинель, шапка ушанка, перчатки, и так называемый слюнявчик, стоячий воротничок с нагрудником. Маловато. Хорошо, что из кабины пилотов к нам была выведена труба диаметром 100 миллиметров, по которой в грузовое пространство поступал горячий воздух, видимо от моторов. На поднятие температуры в нашем пространстве поступление горячего воздуха никак не влияло, зато по очереди можно было, подставляясь к трубе, отогревать окоченевшие части тела.

  За окном самолёта однообразно белые облака и белая земля покрытая снегом. Первая посадка в Сталинграде. Наружи мороз, вьюжит и позёмка на аэродромной бетонке. Бегом добежали до маленького одноэтажного заснеженного домика с вывеской «АЭРОПОРТ». Всё тело через шинель с радостью почувствовало обволакивающее тепло. Как хорошо! Сели поближе к тёплой печке, расстегнули шинель, впуская благостное тепло поближе к коже, осмотрелись. Небольшая комната – зал для пассажиров, другая маленькая комната – буфет, третья комната со стойкой для оформления билетов и регистрации пассажиров. Всё. Видимо неказистое здание аэропорта было временным, полностью разрушенный Сталинград восстанавливался, и у властей было пока не до здания аэропорта. Шёл конец января 1952года.

  В зале ожидания для пассажиров никого нет кроме нас. Потом только мы догадались почему. По радио из репродуктора объявление, что все полёты на сегодня отменяются по причине плохой нелётной погоды. Денег у нас в обрез. Выпив в  буфете  по стакану горячего сладкого чая с булочкой и почитав разложенные на столе журналы и газеты, стали укладываться на жёстких скамейках на ночлег, подстелив шинель и шапку под голову. Зашедшая с улицы, видимо работник аэропорта, тётенька, увидев наши приготовления, сказала, что сзади здания аэровокзала есть гостиница. Мы скромно уведомили её, что нам и здесь хорошо. Сделав что-то в помещении оформления пассажиров, на обратном пути она увидела уже растянувшиеся два тела и обо всём догадалась. Тогда она к своему предложению добавила, что гостиница для пассажиров, застрявших по вине аэрофлота и нелётной погоды, совершенно бесплатна. После такого разъяснения нас  со скамеек как сдуло. На улице уже темно, морозно и метёт. Тётенька довела нас до гостиницы. Гостиницей небольшое двухэтажное здание трудно назвать, скорее всего, можно назвать общежитием. Несколько больших комнат заставленных двухэтажными кроватями, где мы и обнаружили множество застрявших пассажиров, вот почему зал ожидания в аэропорту был пуст. Недолго думая, скинув обмундирование на прикроватный стул, мы бросились в мягкие кровати, Виктор на первый этаж, я на второй и мгновенно заснули. Утром нас вежливо разбудили и предложили пройти на посадку в свой холодный самолёт. Взлёт самолёта, несколько часов неприятной дрожжалки с отогревом у трубы и, наконец, посадка в аэропорту в Москве. Мы дома. Раньше автобусы аэропорта довозили пассажиров до гостиницы «Москва» напротив музея В.И. Ленина. От гостиницы до дома с небольшим лёгким чемоданом по Неглинной улице, Трубной площади и Цветному бульвару мимо цирка с  большим удовольствием прошёлся пешком. Дома радость встречи, вкусный ужин, семейные разговоры. Обратно мы с Виктором летели в пассажирском тёплом самолёте уже ни как приложение к грузу. Уважаемый читатель, не летайте на грузовых самолётах.



Объявления г. Костюковичи; Отдых в Коктебеле – Отель Лилия; Вахта памяти; Байкеры России,Украины, Белоруссии; Гибкая черепица; Понятие биоэкологии, о биосфере;